» » » Анализ романа Уилсона "Философский камень"

Анализ романа Уилсона "Философский камень"

Анализ романа Уилсона "Философский камень"
28

Анализ романа Уилсона "Философский камень"

Анализ романа Уилсона "Философский камень"

Содержание «Философского камня» определяется инте­ресом автора к тем опытам по физиологии мозга, кото­рые активно велись в Англии и США на протяжении 60-х годов. Местами автор настолько увлечен прочитанным и изученным, что сюжет романа его перестает интересо­вать и отступает на задний план. Здесь уместно сказать, что Уилсон неоднократно в личных письмах этих лет под­черкивал свое отношение к беллетристической «оберт­ке», в которой, по его словам, легче донести до читателя подчас горьковатую пилюлю. А эта пилюля, как он счи­тает, определяет значение всего, что он пишет.

Действительно, «Философский камень» читается с увлечением, но эмоциональное отношение к его содержа­нию, конечно, объясняется интересом читающего к со­временным находкам естественных наук. Художественных образов, тем более характеров и литературных портре­тов в романе чрезвычайно мало. Автор ставил перед со­бой другую задачу: Колин Уилсон не потому не решает характеры и не разрабатывает глубокие реалистические портреты, что не может это сделать по недостатку даро­вания. «Философский камень» — это гимн современной науке, дань восхищения ею писателя. Если в «Необходи­мом сомнении» еще ставятся вопросы и автор порой дает на них двойственные ответы, то в «Философском камне» ощущается приятие им путей и методов, по которым идут ученые нейрофизиологи и нейрохирурги.

Всем, кто знаком хотя бы поверхностно с работами физиологов и психологов Д. Пурпуры, Дж. Брейди, П. К. Анохина, Е. Н. Соколова, А. Лурия, А. Леонтьева, Д. Н. Узнадзе и многих других ученых о структуре мозга и его отдельных частей, о передаче кратковременной па­мяти в долговременную механизмом, находящимся в глу­бине височных долей мозга, о существовании механизма предвидения и о вероятностном прогнозировании всем, кто хотя бы понаслышке знаком с опытами Дж. Олдза, Д. Лилли и X. Дельгадо, наконец, с современной науч­ной постановкой вопроса о телепатии и телекинезе, — содержание последней книги К. Уилсона не покажется той сумасшедшей фантастикой, какой она неминуемо бу­дет воспринята читателем, совершенно незнакомым с от­крытиями физиологов и психологов, биологов и химиков последнего десятилетия. Роман возникает на основе ре­ально познанного, а не иррационального.

Правда, «Философский камень» Уилсона содержит известную долю фантастики, хотя действующие лица его — английские и американские ученые наших дней, с их хорошо известными опытами и открытиями. Автор намеренно строит роман, исходя из законов соответствую­щего жанра, более того, открыто ориентируясь на образ­цы, созданные американским фантастом X. Лоувкраф­том. От Лоувкрафта, в частности, — вся тема людей-гигантов. Элемент фантазии в книге Уилсона почти неизбежен, поскольку автор рисует не то, что уже устоя­лось и может быть отражено как существующее, а во­площает в образах как данные научной мысли, так под­час и выдвигаемые учеными гипотезы. Книга с увлече­нием читается теми, кто знаком с этим материалом, будит мысль тех, для кого она еще находится за семью печа­тями. Уилсон ставит вопрос о долголетии, даже о возмож­ном бессмертии человека. Но что для него много важ­нее— это вопрос о неограниченных, по существу, воз­можностях человеческой мысли.

Название романа — метафора, аллегорически рас­крывающая смысл авторского замысла: вспомним сред­невековую легенду о философском камне—мечте алхи­миков. Молодой исследователь Хауард Ньюмен (новая вариация имени с прежним значением) сначала ощупью идет к решению вопроса о границах дерзаний человеческой мысли. Встретившись и вступив в тесный контакт с другим ученым — Хенри Литтлуэем, — он вместе с ним обращается к опытам по электрической стимуляции мозга и нейрохирургии. Один из таких опытов, открывающих возможность воздействия на лобные доли мозга, дает со­вершенно неожиданные результаты. Экспериментируя дальше над собственным мозгом и проводя одновременно исследования в других областях науки, ученые приходят наконец к новому открытию — возможности путешествия во времени, притом не только в будущее, но и в прошлое. Поиски, которые ведутся в настоящее время в этом на­правлении различными учеными мира, о чем уже говори­лось в третьей главе, позволяют с интересом прочесть са­мые «невероятные» страницы книги, посвященные «путе­шествиям» Ньюмена и Литтлуэя в прошлое и будущее.

Книга читается как повесть о борьбе человеческого разума с силами, которые мешают ему познать мир и че­ловека, стоят на пути смелой и дерзкой мысли. Вся фан­тастическая «нагрузка» (от уснувших людей-гигантов и до угрозы человечеству, дерзающему проникнуть слиш­ком глубоко в тайны природы) воспринимается как аллегория и вовсе не страшит, как обещает аннота­ция от издателя, видимо, преследующая коммерческие цели.

Облегченный в форму дневника, рассказ Хауарда Ньюмена несет читающему новые сведения об откры­тиях, опытах и их обобщениях, которые делает сам Хауард и его друг и соратник Литтлуэй.

Этот роман представляет собой замечательный кон­траст многочисленным книгам, выходящим сегодня на Западе, в которых звучат безнадежность и бессилие: он живая и убедительная демонстрация основ того фило­софского оптимизма, к которому, по собственному при­знанию, пришел автор.

Пусть Уилсон, увлекаясь последними открытиями био­логии, физиологии и физики, не всегда сохраняет верную пропорцию, точный баланс между социальным и биоло­гическим, допуская в своих образах крен в сторону био­логического,— в конечном, мировоззренческом смысле он опережает социолога.

Открытия современной науки не пугают автора рома­на «Философский камень». К. Уилсон убежден в том, что, какие бы неудачи ни встречались на пути ученых, движе­ние науки вперед не может и не должно привести к кру­шению личности, не может быть губительным для чело­века.

Сегодня на Западе К. Уилсон не представляет наи­более типичную интерпретацию проблемы личности. Бо­лее того, его оптимизм разделяют единицы. Кризис лич­ности не только в большинстве случаев трактуется в трагическом смысле, но зачастую оборачивается в лите­ратуре темой психозов.

Источник материала

Источник: Ивашева В.В. На пороге XXI века: НТР и литература. Москва: Издательство «Художественная литература», 1979

Понравилась статья? Расскажи о ней друзьям: